В этой статье я расскажу об основных признаках пограничного расстройства личности.
Дальше я буду использовать слово «пограничник». Я не вкладываю в него ничего обидного — это просто сокращение.
Если описанные ниже симптомы сохраняются два года и более, проявляются в разных ситуациях и мешают жизни, стоит обратиться к психиатру для диагностики. Важно, чтобы эти проявления не были связаны с действием лекарств, алкоголя, наркотиков, соматического заболевания или другого психического расстройства.
У детей и подростков диагноз расстройства личности ставят с большой осторожностью, потому что психика ещё формируется. Но если похожие симптомы уже есть, это всё равно повод обратиться за профессиональной помощью.
Эта статья носит ознакомительный характер и не заменяет консультацию врача.
При ПРЛ у человека нарушаются несколько сфер психического функционирования и возникают следующие проявления.
Люди с ПРЛ могут очень интенсивно реагировать даже на события, которые со стороны кажутся незначительными. Их эмоции не только яркие и заряженные, но ещё и быстро сменяют друг друга. Это может напоминать взрывы или калейдоскоп из фейерверков.
От хорошей новости человек с ПРЛ может испытать сильный подъём и эйфорию, а от плохой — глубокое уныние, тревогу или отчаяние. В течение дня могут происходить резкие перепады настроения, и это выматывает как самого человека, так и его близких.
Так происходит из-за того, что при ПРЛ особенно чувствительно работает система мозга, отвечающая за эмоции и реакцию на угрозу. Она быстро возбуждается, сильно реагирует на стресс и с трудом возвращается в спокойное состояние.
Ещё эмоции физически переживаются чрезмерно болезненно. Человек как будто все время находится на грани перегрузки и ощущает все очень остро.
Так может происходить потому, что нестабильно работает эндогенная опиоидная система. В норме эта система обезболивает физические и душевные переживания, но при ПРЛ она может работать некорректно.
Кроме того, если в детстве у человека была большая потребность в тепле, внимании и близости, но обычными способами получить отклик от взрослых не удавалось, психика могла усвоить: «меня замечают только тогда, когда мне очень плохо» или «серьёзно относятся только к самым сильным эмоциям».
Поэтому во взрослом возрасте эмоции могут быстро становиться предельно интенсивными. Человек не специально «драматизирует» и не делает это из вредности. Его психика так пытается показать, что внутри действительно больно, страшно или невыносимо.
Проблема в том, что такой способ выражения чувств часто усиливает конфликты, пугает окружающих и мешает человеку получить спокойную поддержку.
Когда человек с ПРЛ находится в сильном эмоциональном напряжении, ему становится труднее отделять факты от интерпретаций.
Мысли начинают восприниматься как доказательства: «если мне кажется, что меня бросают, значит, меня действительно бросают», «если я чувствую угрозу, значит, опасность реальна».
Это может происходить потому что система нейронов, которая отвечает за активные действия (центральная исполнительная сеть) не включается вовремя.
А нейронная сеть, которая отвечает за внутренний мир и рефлексию (сеть пассивного режима/ дефолтная сеть) работает слишком интенсивно и «выедает воображение за реальность».
Новый опыт как будто плохо «записывается». Поэтому даже если в реальности ситуация оказывается безопаснее, чем ожидалось, психике трудно усвоить новый опыт и обновить старые реакции.
В итоге человек с ПРЛ снова и снова реагирует по прежнему шаблону: прошлый опыт отвержения, стыда или небезопасности продолжает влиять на восприятие настоящего.
Так может происходить потому что нейропластичность NMDA рецепторов может быть снижена.
При ПРЛ могут возникать тудно контролируемые вспышки гнева.
Обычно это происходит так:
1. Пауза, холодный тон, критика, усталость партнёра или задержка ответа могут восприниматься психикой как угроза.
2. Появляются негативные мысли: «меня бросают», «меня унижают», «мне причиняют боль».
3. Возникают страх, стыд, беспомощность или душевная боль.
4. Если эти чувства слишком интенсивные, то они превращаются в гнев.
Гнев в этом случае работает как защита. Он помогает не чувствовать беспомощность и срочно перейти к какому нибудь действию, чтобы облегчить самочувствие.
Из-за сильного возбуждения мозг не всегда успевает включить паузу, проверку фактов и проконтролировать импульс.
Поэтому человек может понимать, что лучше остановиться, но в моменте уже кричит, пишет резкие сообщения или совершает опасные действия.
Чтобы быстрее предугадать обстановку и защититься, мозг использует чёрно-белое мышление.
Оно упрощает реальность и делит её на крайности. Из-за этого человеку с ПРЛ бывает трудно воспринимать ситуацию целиком, со всеми нюансами и противоречиями.
Оценивая происходящее, человек с ПРЛ часто оказывается в одном из крайних положений и не может привести противоречивые установки к общему знаменателю.
Как будто существует только чёрное или только белое, а серых и разноцветных оттенков не бывает. И при этом невозможно, чтобы чёрное и белое существовали одновременно: должно быть что-то одно.
Чёрно-белое мышление сочетается с другой психологической защитой — идеализацией и обесцениванием. Сначала объект или человек могут казаться идеальными, важными, спасительными и полностью хорошими. Но затем, при разочаровании, обиде или ощущении угрозы, они быстро становятся плохими, опасными, ненадёжными или недостойными доверия.
Идеализация в норме есть у детей. Она нужна психике для того, чтобы безоговорочно доверять родителям и выживать, пока не хватает собственного опыта и самостоятельности. Обесценивание в норме часто усиливается в подростковом возрасте: оно помогает отделиться от родителей, признать мир несовершенным и сформировать самостоятельность. Но если эти механизмы остаются слишком выраженными у взрослого человека, они начинают мешать адаптации и становятся частью ментального расстройства.
Например, человек с ПРЛ может быть уверен, что он либо идеальный, либо ужасный. Если задачу не удалось выполнить с первого раза — значит, он неудачник. Если он добился желаемого сразу — значит, он классный. Ему трудно объединить эти противоречивые представления и понять, что он может быть разным: в чём-то способным, в чём-то уязвимым, иногда успешным, иногда ошибающимся. В общем быть разным.
Чёрно-белое мышление сочетается с другой психологической защитой — идеализацией и обесцениванием. Сначала объект или человек могут казаться идеальными, важными, спасительными и полностью хорошими. Но затем, при разочаровании, обиде или ощущении угрозы, они быстро становятся плохими, опасными, ненадёжными или недостойными доверия.
Идеализация в норме есть у детей. Она нужна психике для того, чтобы безоговорочно доверять родителям и выживать, пока не хватает собственного опыта и самостоятельности. Обесценивание в норме часто усиливается в подростковом возрасте: оно помогает отделиться от родителей, признать мир несовершенным и сформировать самостоятельность. Но если эти механизмы остаются слишком выраженными у взрослого человека, они начинают мешать адаптации и становятся частью ментального расстройства.
Например, человек с ПРЛ может быть уверен, что он либо идеальный, либо ужасный. Если задачу не удалось выполнить с первого раза — значит, он неудачник. Если он добился желаемого сразу — значит, он классный. Ему трудно объединить эти противоречивые представления и понять, что он может быть разным: в чём-то способным, в чём-то уязвимым, иногда успешным, иногда ошибающимся. В общем быть разным.
Мнимая компетентность — это состояние, когда человек снаружи выглядит более взрослым, собранным и справляющимся, чем он ощущает себя внутри.
Он может хорошо говорить, работать, анализировать и производить впечатление компетентного человека.
Но при этом внутри могут быть тревога, стыд, боль, пустота, отчаяние и страх оказаться слабым, неудобным или отвергнутым.
Человек может как будто играть роль взрослого, который справляется: спокойно говорит, улыбается, не показывает своё состояние и не обращается за помощью, даже если очень плохо.
Поэтому при ПРЛ не всегда стоит ориентироваться только на внешнее поведение, мимику и интонацию. Они могут не соответствовать внутреннему состоянию.
Но когда стресс, страх отвержения, стыд или чувство пустоты становятся слишком интенсивными, удерживать эту маску уже не получается. Тогда человек может резко провалиться в активную беспомощность
Активная беспомощность — это состояние, когда человек активно ищет, чтобы кто-то другой справился за него: срочно просит помощи, требует участия, перекладывает решения на другого и ощущает уверенность в том, что «сам он точно не справится».
То есть снаружи человек может долго выглядеть компетентным, а затем резко перейти в состояние: «я не могу», «я не справлюсь», «сделайте что-нибудь со мной».
То есть в спокойном состоянии навыки саморегуляции могут быть доступны, а на пике эмоций доступ к ним резко снижается.
И в этот момент человеку становится трудно управлять рисками, принимать решения и опираться на себя.
Из-за того, что человек с ПРЛ не может воспринимать себя целиком и обладает черно-белым мышлением, он не понимает кто он, какие у него интересы, ценности, потребности и т. д. Из-за чувства неопределенности пограничники испытывают сложности с самооценкой, часто меняют места учебы, работу, сферы деятельности, увлечения, свой внешний вид, партнеров и даже места проживания.
В момент, когда переживания становятся слишком интенсивными, способность остановиться, подумать о последствиях и выбрать более безопасное действие снижается. По этому пограничник может действовать импульсивно.
Так же импульсивный поступок часто становится способом быстро снять напряжение, почувствовать контроль, получить облегчение, почувствовать себя живым, свободным, заметным или значимым.
Человек может написать резкое сообщение, внезапно разорвать отношения, потратить деньги, вступить в рискованную связь, переесть, употребить алкоголь или наркотики, ввязаться в конфликт, опасно вести машину, спонтанно набить себе татировку, потратить всю зарплату в день ее получения, влезть в драку, поехать автостопом в незнакомый город, спонтанно покрасить волосы в яркий цвет, или на спор побриться налысо.
Важно! Сами по себе поступки по типу: покрасить волосы, сделать татуировку или поехать в другой город — не признак расстройства. Проблемой это становится тогда, когда поступок совершается на пике эмоций, без учёта последствий и в итоге вредит человеку, разрушает отношения, здоровье, безопасность или финансовую стабильность
При ПРЛ у человека может быть очень сильный страх отказа, отвержения или предательства. Он может очень хотеть близости, любви и поддержки, но одновременно бояться, что значимый человек уйдёт, охладеет, бросит или причинит боль.
Этот страх часто связан с прошлым травматичным опытом и негативными представлениями об отношениях. Если в детстве близость была непредсказуемой, небезопасной или болезненной, психика может усвоить: «меня всё равно отвергнут», «людям нельзя доверять», «если человек отдаляется, значит, он меня бросает».
Поэтому даже обычная неопределённость в отношениях может восприниматься как угроза.
Еще психика может некорректно оценивать социальные сигналы, особенно на высоте стресса.
Есть исследования, которые показывают, что при данном ментальном состоянии мозг склонен трактовать нейтральные выражения лиц и неоднозначные или неявные социальные сигналы, как негативные.
Это может происходить потому что происходит сбой сразу в нескольких системах нейронов, нейромедиаторов, гормонов и рецепторов к ним.
Такое нестабильное и искаженное восприятие социальных сигналов характерно для всех типов отношений в которых участвует пограничник, в том числе и для романтических.
Чем больше человек с ПРЛ общается со своим партнером, тем больше сигналов и действий со стороны партнера он анализирует. А поскольку отношения и общение в норме представляет из себя пространство с большим количеством неопределенности, импровизации, и не всегда явных сигналов, то все это накапливается как снежный ком, катящийся с горы и повышает тревогу.
Также при ПРЛ может нарушаться система привязанности, связанная с окситоцином.
Окситоцин не просто усиливает близость и повышает доверие между людьми, а делает социальные сигналы более значимыми.
Поэтому, если у человека с ПРЛ есть негативные ожидания от отношений и он при этом с кем-то сближается, то любая пауза, холодный тон, задержка ответа, усталость партнёра или изменение интонации могут восприниматься особенно остро.
В результате близость одновременно очень нужна и очень пугает. Чем важнее человек, тем сильнее страх его потерять и сильнее стресс от близкого эмоционального и физического контакта.
В итоге человек с ПРЛ будет прилагать все усилия, чтобы избежать боли.
В ход могут пойти как здоровые элементы общения (попытки договориться, поиск решений, забота и внимание), так и неконструктивные действия («проверки на прочность и безопасность» манипуляции и провокации, взрывы эмоций, крики).
Пограничник может всячески стараться привязать к себе значимого человека. И это может приводить к созависимым отношениям.
Иногда включается и противоположная реакция: пограничник сам прерывает общение, угрожает разрывом или уходит первым, чтобы не оказаться брошенным. Поскольку боль и страх неопределенности могут стать невыносимыми.
Также он может быстро перескакивать из одних отношений в другие или начинать новые отношения до завершения предыдущих.
В моменте это снижает тревогу и одиночество, но в долгосрочной перспективе делает отношения ещё более нестабильными а самочувствие более уязвимым.
При ПРЛ стыд и самонаказание могут становиться одним из главных способов регулировать поведение. Из-за сильного страха отвержения, чувства пустоты, чёрно-белого мышления и нехватки навыков самоподдержки человеку бывает трудно относиться к себе с сочувствием, заботой и терпением.
Вместо этого психика может быстро переходить к самообвинению: «я плохой», «я всё испортил», «меня невозможно любить», «я должен быть наказан».
Обычно это может происходить так: человек берётся за задачу, отношения или важное дело, но делает что-то неидеально. Из-за чёрно-белого мышления ошибка воспринимается не как часть опыта, а как доказательство собственной «плохости».
Тогда возникает сильный стыд, отвращение к себе, обесценивание всех усилий и желание как-то наказать себя или быстро прекратить невыносимое внутреннее напряжение.
Самонаказание может принимать разные формы: самосаботаж, разрушение отношений, отказ от помощи, рискованное поведение, употребление алкоголя или наркотиков, переедание, опасные поступки, переработки, самоповреждение или суицидальное поведение.
Иногда такие действия помогают на короткое время снизить боль, почувствовать контроль, прервать ощущение пустоты, вернуть связь с телом или привлечь внимание значимого человека.
Но даже если у самоповреждения нет суицидальной цели, оно остаётся опасным и требует серьёзного внимания.
Суицидальное поведение при ПРЛ тоже может быть разным: от словесных угроз и импульсивных действий на пике эмоций до более обдуманных планов.
Риск завершённого суицида при ПРЛ повышен: в клинических источниках часто указывают оценку «до 10%» случаев.
Поэтому если возникает самоповреждение, суицидальные мысли, или иные деструктивные действия, обязательно обращайтесь на очный прием к врачу-психиатру, психотерапевту. Эти специалисты окажут вам помощь и помогут сформировать антикризисный план.
При ПРЛ самосаботаж может становиться отдельной формой саморазрушающего поведения. Человек может мешать себе именно тогда, когда уже почти достиг важного результата: бросить учёбу незадолго до выпуска, уволиться перед повышением, разрушить отношения с близким человеком или отказаться от лечения, которое начало помогать.
Так может происходить из-за страха успеха, страха ответственности, стыда, чувства собственной «плохости» и ожидания отвержения. Если человек внутри убеждён, что он недостоин хорошего, что у него всё равно ничего не получится или что после успеха его обязательно оценят, бросят или разоблачат, психика может попытаться заранее разрушить ситуацию.
В моменте самосаботаж может снижать тревогу: человек как будто сам прерывает процесс до того, как столкнётся с возможной неудачей, критикой или отвержением. Но в долгосрочной перспективе это усиливает боль, чувство вины и убеждение: «я всё порчу», «я не справляюсь», «со мной что-то не так».
В состоянии эмоционального возбуждения у пограничника могут возникать эпизоды «отключения чувств» и измененного восприятия себя и реальности (диссоциативные симптомы). А в фазе обострения пограничного расстройства личности человек может быть излишне подозрительным (у него могут возникать преходящие, связанные со стрессом параноидальные идеи). Или в состоянии декомпенсации человек с ПРЛ может испытывать кратковременные галлюцинации.
Важно! Если у вас есть сомнения по поводу самочувствия, обращайтесь за помощью к специалисту.
Список литературы:
ICD10 F60.3 Emotionally unstable personality disorder
МКБ11 6D11 Выраженные личностные особенности или особые паттерны поведения 6D11.5 Пограничный паттерн
Diagnostic and statistical manual of mental disorders (DSM-5)301.83(F60.3)Borderline personality disorder
Стивен Стал: Основы психофармакологии.Теория и практика. Перевод с английского под редакцией Дамира Криницкого 2019г.
Kaplan and Sadock's Comprehensive Textbook of Psychiatry (2 Volume Set) 10th Edition 2017г.
Borderline personality disorder and childhood trauma: exploring the affected biological systems and mechanisms 2017
Borderline Personality Disorder: A Dysregulation of the Endogenous Opioid System? 2010
Эндогенная опиоидная система как звено срочной и долговременной адаптации организма к экстремальным воздействиям. Перспективы клинического применения опиоидных пептидов. ВЕСТНИК РАМН. 2012г.
Нейробиологические и психосоциальные механизмы патогенеза аутоагрессивного поведения при пограничном расстройстве личности (обзор литературы). 2024г.
Altered intrinsic functional network connectivity is associated with impulsivity and emotion dysregulation in drug-naïve young patients with borderline personality disorder. 2024.
Alternation in functional connectivity within default mode network after psychodynamic psychotherapy in borderline personality disorder. 2023.
The interplay between borderline personality disorder and oxytocin: a systematic narrative review on possible contribution and treatment options 2024.
Decreased oxytocin plasma levels and oxytocin receptor expression in borderline personality disorder. 2020.
Oxytocin receptor gene, childhood maltreatment and borderline personality disorder features among male inmates in China. 2020.
Oxytocin can hinder trust and cooperation in borderline personality disorder. 2010.
Correlation of Glutamate Levels in the Anterior Cingulate Cortex With Self-reported Impulsivity in Patients With Borderline Personality Disorder and Healthy Controls. 2010.
